Hugo Claus

neerlandés

DE MOEDER

Ik ben niet, ik ben niet dan in uw aarde.
Toen gij schreeuwde en uw vel beefde
Vatten mijn beenderen vuur.

(Mijn moeder, gevangen in haar vel,  
Verandert naar de maat der jaren.

Haar oog is licht, ontsnapt aan de drift
Der jaren door mij aan te zien en mij
Haar blijde zoon te noemen.

Zij was geen stenen bed, geen dierenkoorts,  
Haar gewrichten waren jonge katten,

Maar onvergeeflijk blijft mijn huid voor haar  
En onbeweeglijk zijn de krekels in mijn stem.

'Je bent mij ontgroeid,' zegt zij traag mijn
Vaders voeten wassend, en zij zwijgt
als een vrouw zonder mond.)

Toen uw vel schreeuwde vatten mijn beenderen vuur.
Gij legde mij neder, nooit kan ik dit beeld herdragen,
Ik was de genode maar de dodende gast.

En nu, later, mannelijk word ik u vreemd.  
Gij ziet mij naar u komen, gij denkt: 'Hij is  
De zomer, hij maakt mijn vlees en houdt
De honden in mij wakker.'

Terwijl gij elke dag te sterven staat, niet met mij
Samen, ben ik niet, ben ik niet dan in uw aarde.
In mij vergaat uw leven wentelend, gij keert  
Niet naar mij terug. van u herstel ik niet.

© De Bezige Bij & Hugo Claus
De: Gedichten 1948-1993
Amsterdam: De Bezige Bij, 1994
Producción de Audio: Het Beschrijf, 2004

МАЙКА

Живея единствено в пръстта ти.
Когато гърчът обезсили крясъка,
В косите ми лумна огън.

(Моята майка в затвора на кожата
пуска на свиждане на годините прокобата.

Очите й със свойта светлина прогонват на годините
всяка тъга, те впиват взор един
в мен, ведрия й син.

Тя не беше каменна постеля, нито животинска треска,
ставите й бяха млади котки,

но кожата ми не намери прошки
и гласът ми си остана безчувствена и няма фреска.

“С годините все по-далечен ставаш”, казва бавно тя,
миейки краката на моя баща, и се потапя в мълчание на жена,
тиха и няма.)

Когато кожата ти крясък нададе, в костите ми лумна огън.
Ти ме сложи да лежа, но картината не се забравя: поканен,
аз бях всъщност гост, който смърт след себе си оставя.

И сега, след години, ставайки мъж, все повече
от теб се отчуждавам. Вижда как се приближавам
и на тази мисъл е в плен: “Той е лятото, той
ще събуди от плътта ми всеки къс
и ще храни с нея кучетата в мен.”

Докато умира всеки ден, не с мен,
живея единствено в пръстта й.
В мойто тяло, кръжейки, животът отминава, тя няма
да се върне при мен, а аз напразно бягам от нейния плен.

Translated by Bagrelia Borisova

From: Moderna Flamandska poezija, Veliko Tarnovo: PIC, 1998.